Когда-то, в 30-е годы прошлого века, в одной из республик Закавказья, в семье сапожника, родилась девочка, которую назвали Ириной. Она была вторым ребенком в семье. Семья жила не очень богато, и поэтому мать перешивала вещи старшей дочери для своей младшей. Ирина росла очень опрятной девочкой, в отличие от старшей сестры.

Когда они выросли и стали уже девушками — стали ходить на танцы в Клуб. Старшая бежала на танцы в чем придется, даже, если на платье будет дыра, а младшая старалась отутюжить свое единственное платье и всегда выглядела очень аккуратно. Пришло время, и Ирина вышла замуж за офицера Советской Армии, очень скромного застенчивого деревенского парня. Она всегда мечтала вырваться из нищеты. И замужество было единственным шансом это сделать.

Молодая семья недолго жила в Закавказье, их перевели служить в Башкирию. На новом месте пришлось обзаводиться новыми друзьями. Гарнизон это особая жизнь, устои, правила. И здесь Ирине пришлось с непреодолимым препятствием (как она в то время думала). Летная часть. Летчики и техники. «Летчицы» и «Технари». Две касты. Среди ее подруг были и те, и другие, но… Материальное благосостояние семьи росло, хотя было ниже, чем у «летчиц». Носить одно платье — было уже не прилично. Купить наряды было негде, и все обращались к местным портнихам. Но вот беда, оказывается портнихи-то обшивать «технарей» не хотели. «Летчицы» ставили им условия: «Или мы или технари». Поэтому: «Мы не будем обшивать голь перекатную, говорили портнихи, а то богатых клиенток растерям». Подруги-летчицы тоже не смогли помочь Ирине в этом вопросе и тогда обиженная на всех и вся молодая женщина дала себе клятву: «Выучусь на портниху, и никогда не буду шить „летчицам“, пусть даже они меня умоляют об этом». Так и случилось.

Прошли годы. Ирина научилась моделировать и великолепно шить верхнюю женскую одежду. У нее появились свои клиентки, среди которых была только одна «летчица», которая в молодости из-за обиды на отвергнутую подругу — отказалась от услуг местных портних в гарнизоне. Слух о замечательном мастере передавался из уст в уста, и скоро у Ирины Георгиевны не было отбоя от клиенток молодых и не очень, жен высокопоставленных чиновников и простых рабочих, врачей и домохозяек. И все они доверяли её изысканному вкусу и мастерству.

Когда она вспоминала те далекие годы, она всегда говорила: «Если бы меня тогда так сильно не обидели и не унизили, возможно, я бы никогда не достигла того, чем сейчас очень горжусь».